Олег Авраменко.

Королевы не плачут


Диме и Оле - моим друзьям.



1. О МНОГОМ И РАЗНОМ

Когда на следующий день утром Филипп явился к Анне, чтобы согласно
обычаю сопровождать королеву любви и красоты на ристалище, она
приветствовала его такими словами:
- Стало быть, принц, теперь ты мой жених?
- Да, принцесса, - ответил он, вежливо поцеловав ее руку. - Вчера
вечером Цезарь, отец твой, дал свое согласие на наш брак.
- В таком случае, почему ты целуешь только мою руку? - с лукавым
видом спросила Анна. - Вот уж не думала я, что ты так застенчив!
Филипп слегка опешил. Хотя свидетели этой сцены были все свои -
герцог, император и по нескольку придворных с обеих сторон, - ему стало
неловко. А к его вящему удивлению, Август ХII с довольной ухмылкой
посоветовал дочери:
- А ты сама поцелуй жениха, Анна.
Ну что ж, если женщина просит... Под одобрительный шумок
присутствующих Филипп легонько обнял Анну за талию и чуть наклонил голову
с намерением по-братски чмокнуть ее, но едва их губы соприкоснулись, она
тотчас перехватила инициативу, всем телом прижалась к нему и крепко,
взасос поцеловала его, умело работая при этом зубами и языком. Ее поцелуй
выказывал хоть и не слишком большой, но все же вполне достаточный опыт в
таких делах, и был по-мужски агрессивен.
"Вот те на! - мысленно выругался Филипп; тут ему припомнились
некоторые туманные слухи о странных пристрастиях римской принцессы, затем
он вспомнил, с каким выражением лица она одобрила его интерес к Бланке, и
вовсе обалдел: "Черти полосатые! Выходит, все эти сплетни - не праздная
болтовня злых языков. Моя маленькая проказница здорово балуется с
девчонками..."
Позже, когда они следовали во главе праздничной процессии по пути к
ристалищу, Анна сделала Филиппу знак, чтобы он склонился к ее носилкам.
- А ты хорошо целуешься, мой принц, - сказала она. - Мне понравилось.
- Ты тоже не лыком шита, - ответил Филипп, стремясь скрыть
замешательство под личиной нарочитой грубости. Мальчишеская
прямолинейность Анны, ее непосредственность, начисто отвергавшая все
ухищрения своего пола, раз за разом сбивали его с толку, и он то и дело
терялся, словно неопытный юнец. - Прости за нескромный вопрос, принцесса,
но...
- Если тебя интересует, девственница ли я, - перебила его Анна, - то
да. Мужчин у меня не было.
"Чертова девственница!" - раздраженно подумал Филипп, а вслух
сдержанно произнес:
- А между тем, дорогая моя королева, мужчина может дать тебе то, на
что не способна ни одна женщина.
- Оригинальная мысль, - ничуть не смутившись, ответствовала римская
принцесса. - Будем надеяться, что в самом скором времени ты на деле
докажешь мне справедливость своего утверждения... Только не обольщайся -
это произойдет в нашу первую брачную ночь, и ни днем... то бишь ни ночью
раньше.
"Ну, вот! - удрученно констатировал Филипп. - Нашла коса на камень.
Дело явно идет к тому, что вскоре в нашей развеселой компашке появится еще
один крутой парень - моя жена".
Но на этом сюрпризы в то утро не закончились. По прибытии на
ристалище Анна подошла к Маргарите и на полном серьезе заявила, что
откажется от венца королевы любви и красоты,